Роза (Audio) — Михаил Круг | караоке, мінус + текст пісні

Сердце девичье верило - сбудется В жизни счастье, настанет пора. Но не думала Роза, что влюбится По уши в молодого вора. И недолго то счастье покоило: Бархат, золото, шелк и рубли. Только сердце недоброе чуяло. На седьмицу за ним и пришли. И казалось, разлука ей вечностью. Ненавидела Роза ментов. "Разлучили", — кричала сердечная, Посадили на восемь годков. И писала она письма длинные. Колыма, Магадан, дальний край. Время часики мерят старинные. А кукушка кукует: "Встречай". Сердце ёкнуло: ой, что-то сбудется. Как-то парень в окно постучал. Пригласила домой гостя с улицы. Милый весточку с другом прислал. Передал ей привет от любимого. Два годочка осталось скучать. Роза стул сразу гостю подвинула. Есть он, бо, по всему и видать. Да вы садитесь, за стол не побрезгуйте. Отобедайте в доме моем. Кабы Розочка знала про беды те, что пришли к ней под вечер с парнем. Он поел, а потом и попарился. Стала кровь в его жилах играть И на кореша бабу позарился. Про него стал фуфло ей толкать. Мол, кентуха откинулся осенью, был досрочно он освобожден. И добавилось Розочке проседи. Как поверить, что это не сон? Ну а тот все толкал, как кормили вшей. И какой он ему первый друг? И еще будто с лярвою тамошней по амнистии двинул на юг. Как же жить ей, скажи, после этого? Шесть годков, как один день за днем. Все ложилась в кровать несогретую, и все сны ее были о нем. А гостья к ее сердцу разбитому словом ласковым ключик нашел и поднес Розе стопку налитую. Стал с ней жить да глумиться, козел. И она к этой суке доверчиво прижималась в постели бочком. Но к другой он ушел как-то вечером, а ей оставил долги с трепаком. Сколько слез было, сколько страдания, Как она проклинала пару. Когда первый раз шла на свидание вечерком к молодому вору. Восемь лет пролетело, и вспомнила. Милый был бы как раз в этот день. Только рюмочку горькой наполнила, за окном вдруг увидела тень Он вбежал к ней, как сойка влюбленная. Наконец-то мы, Роза, с тобой! А она ему финкой каленою в грудь ударила за упокой. Он смотрел ей в глаза опечаленно и без гнева с улыбкой сказал: "Поцелуй же меня на прощанье". И со вздохом последним упал. Перед ней он, как перед иконою, в чем сумел заработать за срок. Фофан-кемель, да ксива казенная, да для нее оренбургский платок